РАЗМЫШЛЕНИЯ О ДЕТСКОМ ТЕАТРЕ

Статья директора школы современных театрально-сценических направления Зинаиды Николаевны Мурзиной.

SONY DSC
Многолетний опыт работы с детскими творческими коллективами свидетельствует о том, что ребенок при умелом руководстве учителя способен создавать полноценные художественные произведения, убедительно интерпретировать шедевры «взрослого» искусства. Дети-художники, юные виртуозы-инструменталисты, поэты, актеры уже давно доказали свою состоятельность и прямое отношению к понятию «искусный». В связи с этим хочется еще раз поднять вопрос о роли детского художественного творчества в воспитании и обучении подрастающего поколения.
Предлагаемый материал родился не как плод умозрительных размышлений. В нем – плоды многолетних поисков и мечтаний многих и многих деятелей, посвятивших свою жизнь детскому эстетическому воспитанию.
Среди нетрадиционных моделей школ можно гипотетически представить учебное заведение, которое максимально реализует в себе известный нам с детства лозунг из «Кондуита и Швамбрании» Л. Кассиля, а именно — «игра на всю жизнь». Это школа-театр. Устройство ее можно было бы попробовать описать следующим образом.
Представим себе, что мы создаем учебное заведение, которое будет регулярно ставить детские спектакли – сказки, приключения, фантастику… В связи с этой сверхзадачей, мы попробуем идти от наших творческих потребностей. Первым делом нам нужен сценарий. Можно взять уже готовый, написанный профессиональным сценаристом, а можно написать его и своими силами. В последнем случае мы максимально используем наши возможности – это, в первую очередь, количество и возраст детей, их способности; мы учтем конфигурацию нашего школьного зала, его техническое обеспечение, сориентируемся на зрителя, который непосредственно будет присутствовать на представлении. Более того, нашу инсценировку или авторский сценарий может делать не учитель словесности, а литературный цех, в котором дети, обладающие писательским даром, будут создавать тексты пьес или адаптировать существующие пьесы для постановок данного коллектива. Также они сочинят тексты для песен, которые будут исполняться в спектаклях. Они же напишут программки, слоганы для рекламы, анонсы и критические статьи в школьную прессу по поводу происходящих представлений.

Следующий шаг – художественное оформление спектакля. Допустим, одна творческая группа детей под руководством взрослого мастера создает его сценографию, рисует декорации, костюмы – сначала в виде макета и эскизов. Другие же группы реализуют все это в виде готовых разукрашенных конструкций, сшитых костюмов, сценической бутафории. То есть, к нашему коллективу подключается еще и пошивочный цех, столярная и слесарная мастерские, разнообразные художественные ремесла, традиционные промыслы, рукоделие. Это и мягкая игрушка, и керамика, и батик, и лозоплетение – словом, все то, чем гордится хороший центр детского творчества. Также потребуются рабочие сцены, костюмеры, билетеры и прочая обслуга.
Но вернемся все же к нашему художественному цеху. Таланты художников будут востребованы и в процессе создания программок, газет, о которых мы уже говорили, афиш. Также существуют художники по свету. На сегодняшний день это сложное и достаточно самостоятельное искусство, о котором отдельно можно много и восторженно говорить. В рамках нашей статьи мы просто не охватим всего многообразия и потенциальных возможностей, которые таят волшебные руки и кисти художников, оформителей, осветителей. Ограничимся пока констатацией необходимости такого сложносоставного цеха в общем механизме нашей театральной фабрики.

Далее мы нуждаемся в музыкальном оформлении. Во-первых, кто-то должен сочинить музыку к спектаклю. Почему бы не заняться этим юным композиторам под руководством учителя-профессионала? Существуют классы композиции при музыкальных школах, то есть, детям это по силам. Следующий шаг – аранжировка и исполнение сочиненного – то ли на инструментах во время самого спектакля, то ли запись материала в студии с последующим воспроизведением его с носителя звукозаписи. Может существовать настоящий детский эстрадно-симфонический оркестр, с хором и солистами, можно использовать камерные составы – в зависимости от сценической необходимости. Главное в этом то, что мы не преувеличиваем детские возможности. Всем известно, что существуют очень сильные детские музыкальные коллективы, работающие, по сути, на профессиональном уровне.
Ясно, что нам потребуется также звукорежиссерский цех, потому что правильно выставить микрофоны, выстроить звук, записать и свести фонограмму, чисто провести спектакль – большое искусство. Органично вписался бы в эту систему видеоцех. Да, это немалые деньги, но и перспективы широкие. На первых шагах всех бы устроило то, что спектакли снимаются, возникает школьный тележурнал, родители получают видеозаписи, запечатлевшие их чада. Далее –
проба сил в собственной телепередаче, а может быть, и в собственном кино! Развитие этой мысли может потребовать отдельной статьи, поэтому ограничимся, пока лишь, констатацией такой перспективы.
Далее, какой спектакль без хореографии? Танцевальные сцены – изюминка постановки. Кроме того, что двигаться должен уметь всякий, кто отважился выйти на сцену, необходима балетная группа, которая будет специализироваться в своем жанре.
Также существует интереснейший жанр пластического театра, построенного на движении и музыке, поэтических интермедий и световых эффектах. Все это жадно и с аппетитом проглотит наше обаятельное и ненасытное театральное детище.
Теперь административный цех. В Международном евпаторийском детском театральном центре «Золотой ключик» такой цех есть. Там много взрослых, но некоторые из них – вчерашние студийцы. А почему бы не пофантазировать дальше, представив существование детского бюро организации зрителя, которое будет заниматься «сбытом» творческой продукции. Также неплохо было бы финансовые банковские операции доверять детям. Хороший стимул изучать математику.
Для постановок пьес на иностранных языках придется их языки учить, особенно, если это действительно закончится реальной поездкой за рубеж.
Кроме работы внутри глобальных, охватывающих всю школу сценических постановок, каждый цех, разумеется, может вести и свою собственную творческую политику. Художники устраивают выставки, музыканты – концерты, хореографы – балеты. Звукорежиссеры и телевизионщики могут создать на матриале спектаклей аудио- и видеокассеты, а административный цех может их реализовать.
Описываемая утопия не так уж и фантастична. Работа хорошего клуба, дворца школьников часто весьма близко приближается к этой модели, уступая ей, конечно, в масштабе и степени «сыгранности». Например, новогодние представления, которые требуют энтузиазма всего коллектива детского центра, дворца, часто являются образцом слаженности действий его разобщенных до этого частей. Такая организация еще и выгодна, так как выявляет резервы данного учреждения. То же самое происходит в школах, когда они готовятся к творческим конкурсам, КВН-ам, другим масштабным мероприятиям и играм. При этом, как по мановению волшебной палочки, возникает единый заинтересованный коллектив, открываются таланты, происходят неожиданные взаимодействия.
Другое дело, что это не так просто – все время быть на острие творчества, согласовывать действия огромного коллектива, находить общие интересы, преодолевать объективно возникающие трения, обиды. Многое зависит от целей и задач руководства. Если директор школы хочет спокойной жизни и маленькой, но стабильной зарплаты для своего коллектива, то такой проект – не для него. Не потянет его и честолюбец, пытающийся доказать, что «моя школа – супер», потому что здесь необходима определенная широта представлений, умение увязывать деятельность конкурирующих групп, построение целей и задач, выходящих за рамки собственного самоутверждения. Вообще, управление таким коллективом вряд ли возможно узко административными методами. Худсовет – вот мозг моделируемого коллектива. И, конечно, личность главного режиссера. Он – первый среди прочих равных членов руководства. Он – творец и вдохновитель, выдумщик и тиран, идеолог и просветитель. Что мы и видим часто в хороших взрослых театрах.

Такая школа наверняка потребует особого психолого-педагогического обеспечения. Предвидим, что напряжения и трения, которые будут возникать как среди детей, так и среди педагогов, будут гораздо драматичнее штатных сложных ситуаций, возникающих в «нормальной» школе. Знающие люди подтвердят, что даже хороший театр – это «террариум единомышленников», а бытующее в нем выражение «против кого дружить будем» может покоробить тонких ценителей эстетики и блюстителей нравов. Психологическая служба такому «террариуму» просто необходима.
Подводя итоги нашему фантазированию, не обремененному глубокими обоснованиями по причине «пилотности» представления данной идеи, хочется остановиться на следующем. Театр – поистине волшебный механизм, способный, подобно огромному водовороту, втянуть в себя не только отдельную школу, но и целые поколения – как это было, положим, во времена ТЮЗов. Потенции этого древнейшего синтетического искусства колоссальны. Возможно, что описываемая модель годится только для школы, где нет общеобразовательных предметов, а наличествует лишь цикл эстетических предметов. Но ведь, при соответствующем подходе в ней найдется место и для физиков, математиков, историков, филологов. Выше мы касались некоторых аспектов существования «не-эстетических» школьных предметов в такой школе. В связи с этим интересен опыт Школы Диалогов Культур, внутренне тяготеющей к театрализации, которая эффективно использует методы «выращивания» из игры, рисования, художественного творчества – всего обязательного цикла общеобразовательных предметов. Еще нас подталкивает в наших поисках обидный для детского театрального творчества факт: как таковой полноценной театральной школы на сегодняшний день нет! Авторы данной статьи много лет работают в сфере детского театра в Украине, и с ответственностью берутся утверждать это. Есть специальные музыкальные школы-интернаты, художественные школы (изобразительное искусство), спортивные школы, школы искусств. Существуют различные попытки воплотить идею театральной школы. В частности, наиболее убедительным нам представляется опыт Класс-центра С.З. Казарновского (г. Москва), который объединил под одной крышей музыкальную и театральную школы. Он, пожалуй, ближе всех подошел к той модели, которую предлагаем мы здесь. Интересный опыт представлен в московской киношколе. Но это – единичные случаи. Что же делать «глубинке»? Можно также возразить, что роль театральных школ играют на сегодняшний день многочисленные ДШИ – школы искусств. Но они, по нашему наблюдению, не воплощают основную идею предлагаемой нами поистине театральной школы – идею синкретизма всех искусств, объединения всего учебного, воспитательного и творческого процессов под сенью единого режиссерского замысла, одной художественной сверхзадачи!
И, может быть, самое главное. Нами движет вера в состоятельность детского художественного творчества, убежденность в его невторичности по отношению ко «взрослому» искусству. Мы убеждены в том, что детская культура – не только важнейшая часть общечеловеческой культуры. Это особый раздел искусства, метод воспитания и образования, притом, не только самих детей, но и взрослых, в первую очередь, их родителей. И театр может сыграть здесь не последнюю роль.